О пользе патриотических легенд. Подвиги героев мобилизуют, а критиканство лишь разрушает

Памятник воинам 316-й дивизии генерала И.В.Панфилова, Москва (Фото: Борис Кавашкин/ТАСС)

Памятник воинам 316-й дивизии генерала И.В.Панфилова, Москва (Фото: Борис Кавашкин/ТАСС)

Прочитал заметку С.Митрофанова «В чем зло патриотического мифа», опубликованную днём 19 сентября. Сначала отвечать автору желания не возникло. Хотя странным показалась его позиция: профессиональный журналист упрекает своих фронтовых коллег в некой подтасовке фактов 74-летней давности. Но, посмотрев вечером того же дня телепередачу «Процесс» на канале «Звезда», всё же решил высказаться.

Но сначала — о журналистах. Полагаю, что автор, будучи сам представителем этой творческой профессии, понимает отличие журналиста от авторегистратора, а литературного произведения — от справки чиновника. Значит, требовать от фронтового репортера протокольной точности просто непрофессионально и наивно. Да и читать такие заметки неинтересно. Именно личное отношения к происходящему, изложенное образным литературным языком, привлекает читателя.

Да, ни фронтовой корреспондент «Красной звезды» Коротеев, ни литературный секретарь этой газеты Кривицкий в ноябре 1941 года не были очевидцами боя панфиловцев у разъезда Дубосеково. Они писали свои произведения по рассказам политработников дивизии и полка, которые тоже в том бою не участвовали. И число 28 также оказалось весьма произвольным — прикинули, сколькой бойцов могло быть тогда в стрелковой роте неполного состава…

Да, в той самой справке 1948 года, из-за которой весь сыр-бор, главный военный прокурор сделал вывод, что «подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев, освещенный в печати, является вымыслом корреспондента Коротеева, редактора „Красной звезды“ Ортенберга и в особенности литературного секретаря газеты Кривицкого». Это так. Но в той же справке говорится: «В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с немецкими танками дралась 4-я рота, и действительно дралась геройски. Из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как об этом писали в газетах». То есть массовый героизм, подвиги были на самом деле. И это не миф.

Здесь позволю себе небольшое отступление. Смотря телепередачу «Процесс» и слушая доводы защитников «исторической правды», я порой удивлялся их полемическому задору, замешанному на некомпетентности. В частности, доказывая, будто такого подвига панфиловцев вообще не могло быть, явно не служивший в армии оппонент на голубом глазу уверял, что если бы пехотинцы действительно попытались задержать танки у Дубосеково, то фашисты бы подвезли артиллерию, вызвали авиацию и быстро сломили бы их сопротивление. Однако из той же прокурорской справки видно, что в то время под Москвой уже шли обильные снегопады — лежал глубокий снег. Теперь вспомним, что всепогодной авиации тогда просто не существовало и в снегопад, туман или сильный дождь самолеты просто не поднимались в воздух — нелетная погода. И подтащить артиллерию по глубокому снегу совсем непросто — быстро не получится. Да и зачем танкам артиллерия? Они свои пушки имеют и предназначены как раз для прорыва обороны противника. И, наконец, кто тогда вообще остановил наступление гитлеровцев под Москвой?

А теперь давайте порассуждаем о мифах и легендах. Кстати, ведь изучали в школе «Мифы и легенды Древнего Мира». Познавательный был курс, не знаю, сохранился ли при нынешней реформе образования. Во всяком случае, никто не считал его политически вредным, а, скажем, греки продолжают гордиться легендарными подвигами своих предков, не считая их «злом». Или возьмем древнерусские летописи. Только наивный может считать, будто бы там историческая правда изложена с протокольной точностью: ведь летописец — это по сути журналист того времени. И что: теперь заставим прокурора и их проверить?

Патриотические легенды есть у любого цивилизованного народа. Именно они позволяют ему чувствовать свою идентичность, воспитывать граждан своего отечества, гордиться своей историей. И наши легенды народа-победителя в том же ряду. Думаю, сейчас уже не столь важно, сколько героев-панфиловцев погибло у Дубосеково — 28, 100 или сколько-то ещё. Но ужасно жаль, что не знаем их всех поименно. И неважно, говорил ли погибший там же политрук Клочков свои знаменитые слова: «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва». Живых свидетелей не осталось. Важно то, что эти слова тогда были в душах защитников столицы — иначе они бы её не отстояли. Ну, а военных журналистов «Красной звезды» стоит поблагодарить за красивую легенду, очень нужную и тогда, и сейчас.

Игорь Марков, «Свободная Пресса»