Как фанера над Пекином. Под разговоры о партнерстве Китай на четверть сократил инвестиции в нашу страну

Объем инвестиций Китая в экономику России в первом полугодии 2015 года сократился на 25 процентов. Об этом сообщилофициальный представитель министерства коммерции КНР Шэнь Даньян. Вместе с тем, по его словам, «объем инвестиций в экономики Гонконга и США по сравнению с прошлым годом увеличился на 71,8 процента и 30 процентов соответственно».

Фото: ZumaTASS

Фото: ZumaTASS

Всего за шесть месяцев текущего года Китай инвестировал в нефинансовый сектор 147 стран и регионов мира 56 миллиардов долларов, что почти 30 процентов больше, чем в прошлом году.

Такая статистика вводит в некоторое замешательство. Ведь Китай считается надежным стратегическим партнёром России. По крайней мере, такой посыл идёт от российской власти. Москва постоянно твердит о наращивании экономических связей между нашими странами.

Мало того. В день заявления Шэнь Даньяна состоялось открытие Банка развития БРИКС. Главная его задача — оказание поддержки финансовой стабильности в государствах-участниках (Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР). В случае, если у какой-то из стран БРИКС возникнут проблемы с запасами американской валюты, то она сможет воспользоваться средствами банка на определенных условиях. При этом больше всего в уставной капитал банка вложил Китай — 41 миллиард долларов.

Очевидно, по крайней мере, часть этих и других китайских инвестиций предназначена и России. Но почему же тогда итоги нашего вроде бы крепнущего экономического взаимодействия в первом полугодии столь унылы? И наоборот — вложения Китая в экономику США — его главного геополитического противника — столь внушительно растут?

Это что — экономическое охлаждение между Россией и Поднебесной?

— Такое резкое падение китайских инвестиций в российскую экономику неожиданным стало только для внешних наблюдателей, — говорит директор Центра стратегических исследований Китая Российского Университета Дружбы Алексей Маслов. — Первые признаки начали наблюдаться около года назад.

Во-первых, Китай часто заявляет о желании произвести огромные инвестиции, однако не выполняет этих намерений. Или выполняет на 5−10 процентов. Это относится не только к России, но и ко всем странам. Поэтому надежды на то, что Китай завалит Россию инвестициями, существовали, скорее, в массовом сознании россиян, а не в прогнозах экономистов, реально оценивающих ситуацию.

Есть и проблемы, связанные с Россией. Китай не любит инвестировать «вообще». Например, самые «долгие» инвестиции — в инфраструктуру. В первую очередь — в дорожную сеть. Такие вложения будут приносить доходы в течение десятилетий. Но для этого необходимо иметь уверенность, что страна, куда вкладывают деньги, будет устойчива всё это время. Видимо, у Китая нет в полной мере такой уверенности.

Есть ещё краткосрочные инвестиции, которые могут принести прибыль инвестору в течение двух-трёх лет. Это относится к строительству заводов, например. Но здесь очень важна правильная подача такого проекта. А я лично неоднократно встречался с тем, что российские проекты плохо оформлены. Кроме того, в данном случае важна устойчивость экономической ситуации в конкретном регионе и в целом в стране. Китай не уверен, что в России получит устойчивую отдачу даже от краткосрочных инвестиций.

Всё это происходит на фоне снижения товарооборота между Россией и Китаем. За первые полгода 2015-го он уменьшился на 30 процентов. А объём грузоперевозок между нашими странами упал аж на 40 процентов.

Поэтому надо чётко понимать, что Китай не намерен поддерживать экономику России за свой счёт. Он будет поддерживать только те проекты, которые вписываются в его собственную концепцию развития.

«СП»: — То есть всё дело в нестабильности именно российской экономики?

— Есть ещё и сложности экономического характера в самом Китае. Упали котировки на Шанхайской бирже, растёт и без того огромный внутренний долг государства, на большинстве китайских предприятий висят большие кредиты. Эти факторы как раз не позволяют китайцам вкладывать свободные деньги в рискованные проекты. А большинство проектов, связанных с Россией, в экономическом плане содержат значительные риски.

«СП»: — Какими факторами вызвано падение товарооборота между Россией и Китаем?

— Товарооборот вообще в мире падает. И наши страны не могли остаться в стороне от этого глобального процесса.

У россиян в условиях экономического кризиса уменьшился покупательский спрос, соответственно и закупки падают.

«СП»: — Недавно наделало шуму заявление властей Забайкалья о намерении передать китайцам в аренду 115 тысяч гектаров земли для сельхозработ. Отношение у экспертов к этому проекту весьма неоднозначное. На ваш взгляд, такого рода инвестиции в сельское хозяйство России выгодны и безопасны для страны?

— В аренде земли нет ничего плохого. Если говорить конкретно про Забайкалье, там пока нет никакого договора, а есть протокол о намерениях. В нём я не увидел главного — технологии сдачи земли в аренду. Непонятно, будут ли китайцы отвечать за состояние земли, за соблюдение экологических норм, обязаны ли будут провести рекультивациюи т. д.

Я обратил внимание, что первыми об этом заговорили не россияне, а сами китайцы. Ими была устроена информационная утечка. Вероятно, для того, чтобы посмотреть, как среагирует российское общество. Кстати, согласно проекту соглашения, не менее половины рабочих в китайских сельхозпредприятиях в Забайкалье должны быть россиянами. И всё же стал очевиден парадокс: Китай, несмотря на то, что он считается партнёром и почти союзником России, у наших сограждан вызывает недоверие и даже страх. А вот Евросоюз, хоть он сейчас записан в наши геополитические недруги, россиян не пугает.

«СП»: — Каковы перспективы экономических отношений между Россией и Китаем?

— Я думаю, будет постепенно восстанавливаться товарооборот. В 2016 году стоит ждать некоторого роста китайских инвестиций, связанных с инфраструктурными проектами. Однако серьёзных прорывов, как это было в 2010—2011 годах ждать не стоит. Тем более, учитывая экономическую нестабильность в России. Многое зависит и от того, что будет с китайской экономикой. В ней сейчас наблюдается немало кризисных явлений как экономического, так и организационного характера. Большой вопрос — сумеет ли Китай преодолеть их и не попасть в череду затяжных экономических кризисов.

— Не надо забывать, что российская экономика в целом «падает», — говорит китаист, доцент Высшей школы экономики Михаил Карпов. — За полгода снижение ВВП можно оценить в 5 процентов. А общий объём внутренних инвестиций в экономику упал не меньше, чем на 10 процентов.

Если наши бизнесмены не вкладывают в российскую экономику, то чего же ждать от иностранцев?!

Кроме того, у Китая свои интересы. Да, он стратегический партнёр, уровень отношений наших стран в политике и экономике позволяет об этом говорить. Но это не означает, что Китай будет инвестировать в неинтересные ему или рискованные российские проекты. В целом в Поднебесной, на мой взгляд, достаточно адекватно оценивают ситуацию в России. Слишком много у нас сейчас непредсказуемого и нестабильного. Поэтому китайцы не хотят прежними темпами интегрироваться с Россией в экономике, а тем более в финансовой сфере.

«СП»: — А как скажется создание Банка БРИКС на экономических отношениях между странами?

— Самым незначительным образом. Общий уставной капитал этого банка — 100 миллиардов долларов. А только из России в первом полугодии 2015 года утекло порядка 50 миллиардов долларов. По предварительным оценкам, всего до конца года из России уйдёт 110 миллиардов долларов.

Как видите, это больше всего уставного фонда банка БРИКС. Так что если даже предположить, что Китай предоставит России в тяжёлой экономической ситуации кредит на 40 миллиардов долларов (такие обязательства он взял на себя), это ничего принципиально не изменит. Я уж не говорю о том, что российские 18 миллиардов долларов экономика Поднебесной просто «не заметит».

Алексей Полубота, «Свободная Пресса»