Строитель державы

В памяти народной Сталин остался прежде всего волевым, твердым и решительным политиком-государственником, лидером нации, архитектором и строителем огромной, мощной державы. Сегодня, в условиях геополитической катастрофы, после развала Советского Союза и распада общественного единства особенно важно правильно понять и верно оценить опыт державного строительства сталинской эпохи. Ведь именно тогда наш народ обеспечил себе невиданный ранее уровень национальной безопасности, победил в великой и страшной войне, превратил свою страну в сверхдержаву, влияние которой простерлось до самых отдаленных уголков планеты.

Суть сталинских преобразований — самостоятельность России, полная экономическая независимость от окружающих ее враждебных стран капиталистического мира.
Выступая в 1925 году на XIV съезде ВКП(б), Сталин сформулировал главную цель экономической политики партии следующим образом: мы исходим из того, что «должны приложить все силы к тому, чтобы сделать нашу страну страной экономически самостоятельной, независимой, базирующейся на внутреннем рынке».
Краеугольным камнем экономической политики Сталина была задача превращения страны из аграрной в индустриальную державу. Суть этой задачи он раскрывает коротко и ясно: «Индустриализация должна пониматься прежде всего как развитие у нас тяжелой промышленности и, особенно, как развитие собственного машиностроения, этого основного нерва индустрии вообще. Без этого нечего и говорить об обеспечении экономической самостоятельности нашей страны».
Что же давало Сталину возможность определить именно такой главную перспективу продвижения страны к будущему, уверенность в том, что именно таким образом можно преодолеть вековую отсталость? Заметим, что сталинские планы были прямо противоположны намерениям тех, кто считал, говоря нынешним языком, «интеграцию в мировое хозяйство» чуть ли не единственно возможным путем ее развития. И тех, кто продолжает считать так сегодня.
Сталин смог разобраться в нагромождении проблем, стоявших перед промышленностью и сельским хозяйством страны, потому что в экономической области он был, безусловно, убежденным марксистом. Поэтому вполне понятно, что общественная собственность на средства производства, плановая экономика, кооперация сельского хозяйства составляли основу народно-хозяйственного механизма Советского Союза. В то же время есть все основания говорить и об особой, сталинской, модели экономики. Главной, чисто российской особенностью этой модели являлась опора на собственные силы, стремление к созданию самодостаточной экономики. Естественность и органичность такого самобытного пути, его преимущества перед другими возможными вариантами продвижения сказались на стремительном росте темпов экономического развития страны, надежно гарантировали и экономическую, и военную безопасность России, ее способность проводить самостоятельную политику на международной арене даже в условиях полной капиталистической изоляции.
Опорой самодостаточной экономики стали колоссальные природные богатства России. Но главным при этом оставались мощные человеческие ресурсы — талантливый и трудолюбивый народ, который смог все богатства страны использовать для укрепления ее могущества. Это дало стране единственную возможность устоять перед агрессивной западной цивилизацией, чье процветание уже тогда было основано на искусном манипулировании финансовыми и товарными потоками «свободного рынка», на эксплуатации других народов.
Сталин дал партии, народу ясную и определенную цель: «Мы отстали от передовых стран на 50 — 100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».
Либо — либо… Вот где действительно «иного не дано». Эта четкая альтернатива убеждала и вдохновляла советских людей, поднимала и вела их на трудовой подвиг, действовала на них сильнее всякой разъяснительной работы. Тем более что перед лицом нарастающей угрозы фашистской агрессии поставленная Сталиным задача совпадала по своей сути с вопросом о национально-государственном выживании Советского Союза. Поэтому годы первых пятилеток — это не только масштабное строительство, это не просто возведение новых заводов и городов, электростанций и железных дорог. Это — невиданный никогда прежде энтузиазм строителей нового социалистического общества, воспринимавшего поставленные цели как свое общее дело.
Истоки этого энтузиазма никогда не поймут те, кому неведомо вдохновение, которое приносит созидательный коллективный труд во имя общего дела. Те, кто не имеет представления, что такое освобожденный труд и какую радость человеку приносят его результаты. Те, кто ни разу не ощутил огромную силу сплотившихся людей, которым не страшны никакие препятствия.
Эти истоки питали героев первых пятилеток — шахтера Алексея Стаханова, женщину-механизатора Пашу Ангелину, ткачиху Марию Виноградову и тысячи других людей, бросивших вызов человеческим возможностям. Они придавали силы и мужество людям героических профессий — летчикам и полярникам, защитникам Отечества, дерзость — ученым и новаторам.
Когда замечательного летчика Валерия Чкалова, перелетевшего в 1937 году через Северный полюс из Москвы в Ванкувер вместе с Байдуковым и Беляковым, американцы спросили, насколько он богат, он ответил: «Сто пятьдесят миллионов моих соотечественников работают на меня, а я — на них».
В этом ответе — ключ к разгадке причин массового энтузиазма тридцатых годов, когда люди жили одним порывом, когда каждый человек ощущал себя частицей единого целого, осознавал свою сопричастность к великим делам.
Огромное значение вдохновенного труда, ломающего представления о пределах возможного, высоко ценил Сталин. Главной силой исторических побед на трудовом фронте, как он считал, были «активность и самоотверженность, энтузиазм и инициатива миллионных масс рабочих и колхозников, развившими вместе с инженерно-техническими силами колоссальную энергию по разворачиванию социалистического соревнования и ударничества. Не может быть сомнения, что без этого обстоятельства мы не могли бы добиться цели, не могли бы двинуться вперед ни на шаг».
За годы первой пятилетки был удвоен промышленный потенциал СССР, причем на первое место вышла тяжелая индустрия. Каждый год страна стала вводить по 600 предприятий, причем по тем временам это были лучшие заводы, не уступающие мировым стандартам.
Героизмом советских людей было отмечено завершение строительства ДнепроГЭСа, возведение целого ряда других электростанций в различных регионах России и союзных республиках. В 1931 году в основном был выполнен план ГОЭЛРО, что, наряду с пуском новых энергетических мощностей, позволило в полном объеме обеспечить электроэнергией тысячи новых промышленных предприятий. Среди них — Сталинградский и Харьковский тракторные, Московский и Нижегородский (впоследствии Горьковский) автомобильные заводы, Уралмаш и Новотагильский металлургический завод, Магнитка, первая очередь метрополитена столицы.
В результате сталинской политики индустриализации коренным образом стала меняться культура труда миллионов людей. В середине первой пятилетки было покончено с безработицей. Знаменательно, что эта задача была осуществлена в те годы, когда капитализм был охвачен самым разрушительным за свою историю экономическим кризисом 1929—1933 годов, затронувшим наиболее развитые государства. Причем количество безработных в них составляло примерно четверть всех занятых в производстве. Да и в нашей стране в годы НЭПа безработица стремительно росла и еще в 1928 году превышала 1,7 миллиона человек.
К началу сороковых годов уровень грамотности народа составил свыше 80 процентов. Сотни тысяч молодых людей, выходцев из рядов рабочего класса и крестьянства, прошли через вузы и техникумы — рождалась новая советская интеллигенция.
Каждому стали доступны достижения культуры, строились новые театры, открывались музеи и, конечно же, библиотеки. В 1937 году их насчитывалось около 70 тысяч против 12,5 тысячи до революции. Число книг в публичных библиотеках в том же году достигло 127 миллионов экземпляров, увеличившись за пять лет почти на 40 миллионов. СССР превращался в одну из самых читающих стран мира.
Вставало на ноги российское крестьянство. Только за годы второй пятилетки колхозы получили более 500 тысяч тракторов, около 124 тысяч комбайнов, свыше 140 тысяч грузовых автомобилей, а профессию механизатора освоили около пяти миллионов крестьян. У людей на селе появилось свободное время, а значит, возможность учиться, повышать свой культурный уровень, заниматься общественными делами. С середины тридцатых годов стал обычным делом рост заработной платы, все полнее удовлетворялась потребность людей в продуктах питания.
Прошло то время, когда разоренная гражданской войной полуграмотная Россия рассматривалась западным миром как предмет хищнического дележа. Еще в 1929 году у нас не было в нужной мере ни тракторов, ни самолетов, ни танков. А 1941 год СССР встретил с самым современным вооружением. Уже перед войной у нас была мощная материально-техническая база, развивавшаяся столь динамично, что в сороковые годы мы смогли бы обойти Европу.
Но самое главное — было воспитано поколение граждан, готовых самозабвенно отстаивать честь, свободу и независимость Родины, обеспечить победу над самой темной и зловещей силой в мировой истории — фашизмом.
Принятая в 1936 году Конституция СССР, подводя итог этому созидательному процессу, провозгласила невиданные в истории новые социалистические права: на труд, на отдых, на получение высшего образования, на материальное обеспечение в старости. Никогда и нигде ни один документ подобных прав не провозглашал.
Геннадий ЗЮГАНОВ,
Председатель ЦК КПРФ