Пепел черного октября стучит в сердцах

НЕ ЗАБУДЕМ! НЕ ПРОСТИМ!

25 лет отделяют нас от героических и трагических событий осени 1993 года, главными из которых, безусловно, являются народное восстание в Москве в защиту народовластия, защита и оборона Дома Советов, выступления против организаторов, подстрекателей и активных участников государственного переворота в лице бывшего президента РФ Б. Ельцина, возглавляемой им исполнительной власти, прикормленных силовиков и  подпевал из демСМИ.
При все возрастающем многообразии оценок и выводов как непосредственных участников противодействия перевороту, так и людей, осторожно бродивших поодаль от горящего Дома Советов или мужественно, с ненавистью грызших перед телевизором свои кулаки, необходимо напомнить добрым людям, мнимым и назначенным героям о действительной роли и действиях Союза офицеров России (С.Н. Терехов) и других патриотических организаций накануне и в ходе этих событий. Хочется напомнить о событиях крайне подлого и жестокого времени и людях, в один момент истории России ставших ее героями или законченными подонками. В основу этого рассказа положено содержание моей статьи, опубликованной в газете «Союз офицеров» (№3(69), сентябрь 2004 г.) с уточнением важных деталей и за вычетом эмоциональных вставок.
Уже в марте 1993 года (при реальной угрозе импичмента Ельцину и не менее реальной угрозе разгона им Съезда народных депутатов РСФСР) Союз офицеров России предлагал руководству Верховного Совета РСФСР усилить охрану Дома Советов нештатными подразделениями из числа офицеров запаса, четко обосновывая, с кем и с чем придется иметь дело с учетом опыта событий в Москве 23 февраля и 22 июня 1992 года, 1 и 9 мая 1993 года. Практически угроза разгона в марте была предотвращена демонстрацией готовности к действиям офицерских подразделений на Манежной площади и их круглосуточным дежурством у Дома Советов в течение трех дней. Аналогичная угроза была предотвращена и в августе.
Руководство Верховного Совета предложенные Союзом офицеров меры приняло вежливо, с пониманием, но оставило неосуществленными. Всё встало на свои места (с опозданием и слабым обеспечением) только осенью – с 21 сентября 1993 года. Но предотвратить государственные, уголовные и военные преступления зарвавшейся исполнительной власти удалось лишь отчасти. Вспомним, как это было.

19 сентября 1993 года. На состоявшемся в Минске I Учредительном Съезде Союза офицеров СССР был всесторонне рассмотрен вопрос о реальной угрозе совершения Ельциным и К° с одобрения и при поддержке западных кукловодов государственного переворота в России в ближайшее время и действиях офицерских патриотических организаций в этих условиях.

20 сентября. Союз офицеров участвовал в работе I Конгресса народов СССР в Москве, в здании МХАТа, где в очередной раз предупредил о прямой угрозе государственного переворота. Члены Союза офицеров были готовы заблаговременно (до оглашения Ельциным давно заготовленного указа о разгоне Советов) прибыть к Дому Советов для его защиты.

21 сентября. В 20.00 Ельцин в своем духе свирепо озвучил указ №1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». Члены Союза офицеров оперативно собрались у Дома Советов и немедленно приступили вместе с активом «Трудовой России» (В.И. Анпилов) и казаками В.И. Морозова к формированию подразделений для внутренней и внешней охраны здания Дома Советов во взаимодействии с его штатной охраной.

22 сентября. Приступил к работе Верховный Совет РСФСР. Одновременно был развернут штаб обороны Дома Советов (ДС), который возглавил назначенный Верховным Советом министр обороны РФ генерал-полковник В.А. Ачалов. Его первым заместителем стал генерал-полковник А.М. Макашов. Особые задачи выполнял председатель комитета Верховного Совета по обороне контр-адмирал Р.Н. Чеботаревский. В штабе обороны ДС от Союза офицеров работали генерал-лейтенант Ю.Н. Калинин, контр-адмирал В.Ф. Березин, подполковники С.Н. Терехов, М.И. Савельев, Е.А. Чернобривко, А.А. Попов, полковник П.М. Рышков, капитан 2 ранга А.С. Сиротинский и др. Организация выполнения задач, возложенных на Союз офицеров, осуществлялась через штаб под руководством майора С.М. Шапошникова и входящих в штаб офицеров В.С. Куткина, А.П. Котунова, М.А. Арутюняна, Д.Н. Генералова, М.Н. Каныгина и др.
На Союз офицеров возлагалась задача охраны и обороны Дома Советов в северо-восточном секторе. Организация внутренней охраны ДС (8-го, 14-го и 20-го подъездов) была поручена автору этой статьи (в дальнейшем к решению этой задачи привлекались также подполковник В.В. Федосеенков и майор В.А. Кузнецов). Организация внешней охраны и обороны Дома Советов в секторе  ответственности Союза офицеров была возложена на члена Союза офицеров подполковника А.А. Маркова. Исходя из реального состава сил и средств, было произведено их распределение по задачам и объектам, назначены соответствующие командиры подразделений, определены первоочередные задачи, основы управления, взаимодействия и меры безопасности при предотвращении провокаций и отражении атак вооруженного противника на охраняемые объекты. К этому времени и в ходе дальнейших событий начали прибывать группы поддержки от ряда региональных организаций Союза офицеров во главе с их руководителями: В.Я. Ершов (Чувашия), В.П. Гореславец (Башкирия), Е.В. Погорелов (Пензенская обл.), О.И. Абрамов (Рязанская обл.), Н.Н. Агапов (Тамбовская обл.), П.А. Анчаков и Г.Ю. Акопян (Ростовская обл.). Прибыли группы офицеров от Белорусского Союза офицеров под руководством генерал-лейтенанта авиации Д.А. Иванова и генерал-майора А.С. Баранкевича и из других республик.
В это время Верховный Совет РСФСР принял решение о созыве Х (чрезвычайного) Съезда народных депутатов РСФСР и смене силовых министров. Сформированные из офицеров подразделения внутренней охраны и охраны штаба обороны ДС после определенного нажима Союза офицеров на руководство Верховного Совета все-таки получили со склада 50 (!) автоматов АКС74У. Много ли это? Для сравнения: по инициативе Егора Гайдара 3 октября к Моссовету было доставлено 1000 (по другим данным 1200) автоматов, которые были розданы не только «защитникам демократии», но и кому попало. Более половины этих стволов просто исчезли.

23 сентября. Принято решение о формировании 1-го отдельного Московского добровольческого полка особого назначения, командиром которого  назначен подполковник Маркова А.А., его заместителями – член Белорусского Союза офицеров полковник Л.А. Ключников и подполковник Н.И. Табанаков (Тверская обл.). По представлению Союза офицеров казачью сотню сформировал и командовал ею легендарный сотник В.И. Морозов.
В 20.00 начал работу Х (чрезвычайный) Съезд народных депутатов РСФСР. Объявлено, что Конституционный суд признал действия Ельцина и его пособников противоречащими Конституции и квалифицировал как государственный переворот. С началом работы Съезда к задачам Союза офицеров  добавилось обеспечение его безопасности.
В 21.00 группой офицеров от Союза офицеров и других защитников ДС во главе с Тереховым С.Н. была предпринята попытка захвата Штаба ОВС СНГ (ШОВС) и его узла связи. Но, как говорится, «враг не дремлет», и о замысле нападавших через болтунов и провокаторов стало известно генералу Кобецу и мэру Москвы Лужкову. На подступах к ШОВС группа была встречена беспорядочным огнем из стрелкового оружия, при этом был убит капитан милиции и случайно выглянувшая из окна ближайшего дома женщина. Фактор внезапности действий группы был потерян и, чтобы избежать больших жертв (на что, вероятно, рассчитывали Кобец и Лужков), захват штаба был отменен, а группа была рассредоточена. В ходе ее преследования Терехов С.Н. был арестован. Этот эпизод организаторы переворота и некоторые робкие защитники ДС использовали каждый по-своему: одни – как повод для обвинения защитников ДС, прежде всего Союза офицеров, в провокации и экстремизме, якобы приведших к последующему разгону и расстрелу; другие – для оправдания своей нерешительности. История уже рассудила и тех, и других и расставила все по своим местам.
А в Доме Советов продолжали основательно решать вопросы обеспечения защитников ДС  горячим питанием, палатками и их утеплением. Приняты решения о некоторых льготах защитникам ДС, в том числе о присвоении офицерам очередных воинских званий (с ограничением: до полковника включительно). В ночь с 23 на 24 сентября в штабе Союза офицеров обсудили ультиматум генерала Кобеца Х Съезду о его роспуске, сдаче оружия и выходе из ДС всех народных депутатов и защитников ДС. Союз офицеров единогласно решил: «Остаемся до конца!» Присутствовавший на совещании генерал Ю.Н. Калинин расчувствовался: «Спасибо, сынки! Другого от вас я и не ожидал!» Союз офицеров предложил ряд мер по усилению внутренней и внешней охраны, улучшению взаимодействия своего штаба со штабом обороны ДС и с соседними подразделениями. Пропускной режим был усилен за счет подразделений Союза офицеров и осуществлялся в основном ими.
Провозглашенный Ельциным государственный переворот стал явью. Начальный (организационный) период работы Х (чрезвычайного) Съезда народных депутатов РСФСР и защиты Дома Советов закончился.

***

24 сентября. Силами дивизии им. Дзержинского и ОМОНа укрепляется кольцо оцепления Дома Советов. Защитники ДС на улице, в обычных самодельных полиэтиленовых палатках (ночью – в «светлячках»), держатся достойно, не напоказ бодро и даже весело, возводят баррикады и организуют дежурство тревожных групп, осваивают приемы отражения атак провокаторов подручными средствами. Но напряжение нарастает, по ночам зачастили некие «офицеры ГРУ», все как один – «несвежие» подполковники (при сухом законе в ДС очень заметно), охотно суют удостоверения личности офицера, страстно желают встретиться с Руцким и заученно развязно стращают «штурмом завтра». Тоже привычно им предлагают проспаться и завтра встать в строй защитников ДС. Не вернулся ни один. Союз офицеров все-таки реагирует: усиливается дежурство, на всех постах определяются и согласовываются с редеющей и теряющей инициативу штатной охраной ДС сектора и порядок применения оружия по штурмующим, организуется ближняя и дальняя разведка.
Лужков приказал отключить в Доме Советов связь, свет, отопление, потом – воду и канализацию, а еще позднее – лишить медицинской помощи защитников ДС. Приходилось в штаб обороны ДС (на 13-й этаж «стакана») несколько раз в день ходить, как на зарядку.
После изъятия оружия у защитников ДС «на контроль Степанкову» (в то время Генпрокурор) на предмет неучастия в попытке захвата ШОВС СНГ некоторые офицеры, посчитав это за предательство, или за разоружение, или под видом еще какой-то обиды ушли по домам. Бог им судья…

25 сентября. Х Съезд работает по ситуационным проблемам. Исправно начал выпускаться бюллетень Съезда «Совинформбюро» под редакцией А.С. Митрофанова. Чуть ли не единственным достойным уважения журналистом в ДС была корреспондент газеты «Советская Россия» Надежда Гарифуллина, которую мы нередко видели за работой в суровых условиях ДС днем или ночью при свечах. Союз офицеров свои усилия концентрирует на совершенствовании охраны ДС в своем секторе, отрабатывая тесное взаимодействие с соседями, полком добровольцев и баррикадниками.

26 сентября. Наступает резкое похолодание, в том числе и внутри здания ДС. Жарко только на Съезде. Пресечена провокация Степанкова и его подручных в отношении назначенного Верховным Советом министра обороны В.А. Ачалова. Ужесточен порядок хранения и выдачи оружия, проверены подвальные помещения и подземные подступы к ДС и другим служебным зданиям, забаррикадированы тупиковые и неиспользуемые выходы. На ночь пускаем часть баррикадников внутрь подъездов поспать на заранее нарезанных ковровых дорожках, хотя в здании не намного теплее, разве что нет дождя и ветра.
27 сентября. Несмотря на похолодание и растущее напряжение, защитников ДС становится всё больше. Организаторы переворота усиливают оцепление вокруг ДС. Начинаются стычки защитников ДС с ОМОНом, избит народный депутат СССР В.И. Алкснис и граждане, пришедшие поддержать защитников ДС. Поступают предупреждения о намечаемых Ериным (министр ельцинского МВД) и его подчиненными провокациях против своего же ОМОНа с помощью выпущенных для этой цели уголовников. Союз офицеров усиливает охрану подъездов, этажей и лифтов. Повышается готовность полка добровольцев.

28 сентября. Потеплело, но обстановка усложняется: вокруг ДС удваивается кольцо оцепления, появляется давно запрещенная еще Лигой Наций спираль Бруно (повышенной прочности стальная колючая проволока с наваренными на нее режущими элементами). Окольцованный ею Дом Советов защитники ДС сразу же назвали «Концлагерь №1 имени фюрера Ельцина», а армейский агитБТР, истошно вещающий через свои громкоговорители со стороны гостиницы «Мир» то «Путану», то «Рус, сдавайсь!» – «Желтым Геббельсом». ОМОН начал массовые избиения демонстрантов у станций метро «Баррикадная» и «Краснопресненская», не стеснялись поливать людей кипятком! В угаре жестокости умудрились задавить насмерть своего подполковника милиции. «Козлы», – вернувшись с переговоров с омоновцами, назвал их министр безопасности В.П. Баранников, безуспешно пытаясь предупредить о провокациях Ерина.

29 сентября. Х Съезд работает при аварийном освещении. ОМОН в оцеплении меняют на более свирепых из других регионов. Снова загромыхал «Желтый Геббельс». Его, посовещавшись, решила захватить казачья застава, но снова кто-то проболтался, и он до ночи успел скрыться за гостиницу «Мир» и продолжил громко лаять оттуда в том же тупом духе («Путана» и «Рус, сдавайсь!»). Неожиданно в разное время бдительность и готовность членов Союза офицеров как-то странно решили проверить Макашов и Баранников, в условиях и без того высокого напряжения доведя ситуацию до возможной перестрелки между своими. Чудом обошлось!

30 сентября. С учетом нарастающей угрозы штурма ДС Союз офицеров демонстративно усиливает патрулирование внутри здания, отрабатывает огневое взаимодействие с соседями. На ночь все переходы блокируются, коридоры освещаются свечами, лифты взяты под особый контроль. Отдых уже давно только утром по 1,5–2 часа перед завтраком. Многие без особого труда сбросили лишний вес, но больных нет, настроение – бодрое.

1 октября. «Желтый Геббельс» продолжает истошно зазывать депутатов уходить из Дома Советов за пару-другую миллионов рублей, квартиру и должность. Некоторые не только клюнули, но стали активно работать против Съезда. Запахло предательством. Союз офицеров строго выполняет свои задачи по обеспечению работы Съезда и охране ДС в своем секторе. Оценивая реально сложившуюся обстановку, не исключаем любых провокационных действий организаторов государственного переворота.

2 октября. Стало известно о заявлении Священного синода РПЦ от 1 октября, в котором были обещаны проклятия и анафема тому, кто поднимет руку на беззащитного и прольет невинную кровь. Хотя к тому времени на Ельцине и ельциноидах уже было немало крови и жертв. В прилегающих к Дому Советов районах Москвы начали возникать прямые столкновения демонстрантов с ОМОНом из родного ельцинского Свердловска и другими вооруженными отморозками. Несмотря на кровь и жертвы, демонстранты на Смоленской площади Москвы выстояли, отличились молодежь и настоящая интеллигенция. Объявлено о начале демонстрации в 14.00 3 октября на Октябрьской площади Москвы. Обе стороны основательно готовятся к активным действиям…
Так закончился «мирный» период противостояния защитников народовластия государственному перевороту в России. Несмотря на активную поддержку Верховного Совета РСФСР и Х (чрезвычайного) Съезда народных депутатов абсолютным большинством регионов России, злонамеренная исполнительная власть, заручившись поддержкой западных партнеров-кукловодов, подготовивших «мировое общественное мнение» к предстоящим событиям в России, ринулась на кровавое свержение законной высшей представительной власти.

***

3 октября. Помимо еринского МВД, активизировались внутренние войска под командованием А.С. Куликова (с его замом А. Романовым) с героическим спецназом «Витязь» (командир С. Лысюк), некие подвальные сионистские формирования и прочие ЧОПы.
На митинг на Октябрьской площади собрались от 300 до 500 тысяч человек. После недолгих раздумий и, как сейчас говорят, «согласований» с представителями власти демонстранты решительно двинулись на Крымский мост, затем на Смоленскую площадь и, прорвав заслоны милиции и внутренних войск, в 15.30 деблокировали Дом Советов. Кое-кто сегодня сомневается в необходимости этих отчаянных действий. Тогда же никто не мог отказать людям в справедливом гневе действовать решительно и стремительно. Их избивали, по ним открыто и исподтишка стреляли из мэрии, гостиницы «Мир» и даже из посольства США. Мы же, почти две недели находившиеся в блокадном Доме Советов в созданных Лужковым суровых условиях, отдаем должное мужеству этих людей, в том числе хорошо нам знакомых и прибывших издалека.
Кстати сказать, за стрельбу из своего посольства, именуемого в народе «желтым гадюшником», янки ответили. Ко мне подбежал очень расстроенный здоровяк и почти со слезами на глазах умолял дать ему пару-другую патронов 7,62. Успокоил его (у нас только 5,45) и направил к охране Хасбулатова (это в «стакане» ДС на 14-м этаже!). Через полчаса, пробегая мимо, повеселевший парень на ходу доложил, что ублюдки наказаны (сняты). «Партнеров» Ельцина это остудило! Позднее представители Союза офицеров были приглашены к посольству Штатов по поводу его возможного штурма. Американцам порекомендовали отправить семьи из Москвы (чтобы не расслаблялись) и потребовали прекратить видимое и невидимое воздействие на ДС и его защитников.
Стало известно, что в 16.00 Ельцин подписал указ о введении в Москве чрезвычайного положения, действовавшего до 10 октября. В этот период власти запретили действовать шести организациям, в том числе и Союзу офицеров России.
В связи с последующими трагическими событиями в Останкино была усилена охрана ДС, в том числе за счет группы офицеров, прибывших из Подольской части ПВО. Обстановка на постах в подъездах сложнейшая: лезут окровавленные люди (в основном молодежь), прибывшие из Останкино, журналисты, а с ними провокаторы и лазутчики. Пришлось перекрыть входы и проверять всех на улице. Главная задача – не выпустить ситуацию из-под контроля. Стало понятно, что предстоит еще одна бессонная ночь, и это не самое страшное, а нужно хорошо подготовиться к предстоящему дню. Уточняем распределение сил и средств по объектам и частным задачам с учетом потерь и подкрепления.
На импровизированной ночной пресс-конференции в 8-м подъезде одна из иностранных корреспонденток (возможно, из той же CNN) на вопрос офицеров о том, как она оценивает события 3 октября, не задумываясь, устало ответила: « Это – русская освободительная война!». Никто не стал возражать, молча согласились.

4 октября. Несмотря на прекрасную погоду в Москве, тогда и до сих пор – это самый черный день в истории «новой» России! Ритуальный расстрел Дома Советов (символа русского народовластия, или парламента по-ихнему) напоказ всему миру через тот же вездесущий канал CNN.
«Войсковая операция по захвату Дома Советов» началась около 6.00, а в секторе ответственности Союза офицеров – в 6.40 и длилась весь день (более 10 часов) с небольшими «перемириями» для сбора раненых и переговоров с «Альфой» и «штурмовиками».
При том, что на себе ощутили и видели своими глазами члены Союза офицеров, еще не отошедшие от напряжения предыдущих дней и ночей, удручающе тяжело и гнетуще действовал неоднократно озвученный приказ «Из Дома Советов – не стрелять!». И это при том, что со всех сторон по Дому Советов велся непрерывный огонь кем попало и чем попало, в том числе, по утверждению «штурмовиков»-танкистов и их спонсоров, – «болванками», от взрыва которых гудела и шевелилась тыльная часть сейсмоустойчивого здания ДС. Успокаивало сознание возможности осадить осатанелых, пьяных «штурмовиков» в здании ДС. Нельзя же даже «под газом», пусть и с Указом №1451от 25.09.1993 г. (о вседозволенности карателям) лезть под расстрельную статью за вооруженное противодействие высшим органам представительной власти, не получив при этом должной встряски! Многочисленные факты свидетельствуют: со стороны «штурмовиков – трусливая суета, запредельная жестокость, недоверие друг к другу, озверелая тупая пальба по кому и чему попало (по тяжело раненным женщинам, по уже догорающим машинам, даже друг по другу) до полного израсходования боезапаса; со стороны защитников ДС – изумительная стойкость, выдержка, взаимовыручка, самопожертвование, мужество и героизм. Примеров не счесть! Один из них – расстрел в спину парламентера, шедшего с переговоров от БТР с небрежно намалеванными гвардейскими знаками, очередями сначала из автомата, а затем из крупнокалиберного пулемета. Об этом я рассказал «как бы» капитану гвардейцу-десантнику небольшого роста в хорошей экипировке и с хорошим «факелом», вернувшемуся с нашим офицером после несостоявшихся его переговоров с Руцким. После моего повторного вопроса: понял, с какими ублюдками взаимодействуешь? он с землисто-желтым лицом поникшим голосом ответил: «Понял». Говорю ему: раз понял, иди успокой своих горячих бойцов, рвутся тебе на выручку. И передай – здесь стоят офицеры! Нельзя не отдать должное высокой дисциплине и взаимовыручке (вплоть до самопожертвования) казаков!
И все же решение Верховного Совета после переговоров с «Альфой», а затем приказ штаба обороны ДС однозначны: «…во избежание излишнего кровопролития…» сдать оружие и выйти (?!). Гарантий депутатам, а тем более защитникам ДС, несмотря на заявление в дальнейшем какого-то деятеля о вывозе всех автобусами куда-то, – почти никаких. Более того, Союз офицеров был предупрежден, что его члены и молодежь будут безжалостно уничтожаться в первую очередь. Не проходит тяжелое ощущение ирреальности происходящего и огромное желание хоть что-то сделать как надо. Многие защитники ДС были готовы на самые отчаянные поступки.
Весь вечер и всю ночь в Доме Советов, вокруг него и на стадионе холуи Ельцина и вооруженные до зубов приблудные псы «демократии» расстреливали, мародерствовали, мордовали и насиловали. Немногие защитники вышли из ДС беспрепятственно по поверхности и под землей. Сказки про выход какой-то группы с боем и со знаменем – не более чем попытки выдать желаемое за действительное. Основная часть депутатов, защитников ДС, его сотрудников и людей, поддержавших защитников народовластия, была выведена через центральный выход ДС в сторону Краснопресненской набережной и после долгого стояния в сумерки направлена направо в «каменный мешок», как выяснилось, для фильтрации. Здесь по идущим по внутреннему двору в проходной подъезд людям продолжали постреливать. В самом подъезде «победители» (озверелые пьяные омоновцы и злобные гуманоиды в черных куртках и джинсах, похожие на тех, что утром выскакивали с оружием из БТР и расползались вокруг ДС), издеваясь («Власти захотели?»), весело сортировали людей: кого расстрелять, кого измордовать и отправить в какое-нибудь отделение милиции, кого просто вышвырнуть из подъезда. Немногим удалось уже ночью выйти живыми и невредимыми из этого каменного мешка, отсидевшись в соседних подъездах. В одном из подъездов собралось около 20 человек, в основном молодежь с Украины. Уходили в сторону пустыря группами по 5–6 человек, предпоследнюю группу вывел я, а последнюю группу вывел Р.Н. Чеботаревский. Похоже, он сам разведал и организовал этот «коридор». Поклон ему и вечная память!
Жестоко обошлись «штурмовики» с людьми, не успевшими уйти из ДС, с ранеными, с безымянными героями, оставшимися в Доме Советов и оставившими Завещание выжившим его защитникам. По имеющимся свидетельствам, почти все они погибли (расстреляны, добиты, замучены, а тела их вывезены или сожжены в ДС).

5 октября и после продолжался беспредел спущенных с цепей, взбесившихся от вседозволенности и крови «победителей» и их холуев. Для оплаты их «работы» тот же Егор Гайдар изъял из Пенсионного фонда около 11 миллиардов рублей. Мировое зло и тьма торжествовали!
Так трагически закончилось народное восстание, которое ельциноиды поспешили назвать «массовыми беспорядками» и даже предприняли попытку создать комиссию для расследования их причин и последствий. Не вышло перекинуть вину с больной, не просыхающей головы на здоровые! К сожалению, не удалось до сих пор и парламентским комиссиям добиться, чтобы восторжествовала справедливость в отношении истинных виновников трагедии России осенью 1993 года и чтобы неминуемо настигло их суровое возмездие!

***

Сегодня истинные причины зловещего государственного переворота взбесившейся исполнительной власти в 1993 году и их последствия очевидны. Оставшиеся безнаказанными террористические действия Ельцина, его подручных Грачева, Ерина и прочих государственных, уголовных и военных преступников стали прологом осуществляемых и ныне Западом и пятой колонной в России дальнейших преступлений под видом «реформ». Основная цель осуществляемых «верными ельцинцами» нынешних реформ та же – беспрепятственное закабаление и ограбление нашей Родины, геноцид государствообразующего русского и дружественных ему коренных народов России. Неслучайно эти безродные «демократы» развал СССР называют «распадом», а Русскую весну в Крыму – «крымской весной» (?!). Подтверждаю – в 2014 году весь Крым был в щитах и транспарантах с надписями «Русская весна! Что дальше?» Да и что с поганых СМИ взять, они ДНР и ЛНР до сих пор тупо называют «самопровозглашенными» вместо «не признанные Россией», а героическую Белоруссию вообще кличут «соседним государством», будто не знают, злыдни, что давно существует Союзное государство России и Беларуси. И таких подмен понятий и просто вранья («пурги» по-путински) не счесть!
Не вина Союза офицеров, что, выполнив главную задачу – обеспечение работы Верховного Совета и Х (чрезвычайного) Съезда народных депутатов РСФСР, он не имел достаточных сил и средств для выполнения основной задачи по предназначению – защитить страну и народную власть. Роль и действия Союза офицеров по противодействию государственному перевороту Ельцина и его подручных осенью 1993 года в России достойно оценил в своих воспоминаниях руководитель обороны Дома Советов, активный участник всех важнейших событий генерал-полковник А.М. Макашов. Он с гордостью признал, что этот период является важнейшим в его жизни, а Союз офицеров России назвал единственной организованной силой, противодействовавшей государственному перевороту.
С палачами, убийцами и их адвокатами бессмысленно говорить о наших потерях в те трагические дни. Спорьте, касатики, с главным сторожем тела Ельцина Коржаковым, который 5 октября на вопрос невменяемого «тела»: «Сколько положили коммуняк?» доложил ему о 1500 убитых, на что «тело» прорычало: «Мало!»…
Защищая власть Советов, смертью храбрых погибли восемь героев из Союза офицеров России (капитан 2 ранга Пономарев Г.П., подполковник Погорелов А.Н., капитан Ермаков В.А., капитан Краюшкин Е.Д., капитан Морозов А.В., ст. прапорщик Журавский В.В., сержант Шлыков П.А., рядовой Зотов С.Р.) и один – от Белорусского Союза  офицеров (полковник Ключников Л.А.). Десятки офицеров были избиты, брошены в тюрьмы, находились под следствием, уволены со службы.
Отдавая должное светлой памяти наших боевых товарищей, всех патриотов России и других республик, погибших и замученных при защите народовластия, высшей законодательной власти и Конституции страны в период противодействия государственному перевороту в России осенью 1993 года, следует напомнить его организаторам и исполнителям о неминуемом возмездии за преступления перед страной и народом, не имеющие срока давности.
Вечная слава и память Героям Народного Сопротивления! Гордись и помни их, Россия! Воспрянь духом, великий русский народ!
Нет прощения палачам!
Служу трудовому народу!

В.М. УСОВ,

«Советская Россия»