Путёвка в дожитие

В советские времена выход на пенсию многими воспринимался как трагедия. Воспитанные на лозунге «Прежде думай о Родине, а потом о себе» мужчины, выключенные из жизни коллектива, совершенно не понимали, как же они теперь будут заботиться о стране. Копаясь в личном огороде? Женщины к изменению статуса относились легче, ведь им в общественном сознании и на заслуженном отдыхе отводилась не менее важная роль. Воспитывая внуков, будущих граждан, они в какой-то мере продолжали приносить пользу Родине.

«Сгорел на работе» – это фраза из тех, советских времен. Значит, герой, передовик, труженик. Сегодня «погорелец» – либо чудак, либо дурак, либо… топ-менеджер, которому платят как сотне чудаков. Нынче принято думать о себе. Это в тоталитарной стране человек – для государства, в социальной – государство для человека. Только вот можно ли назвать социальным государство, которое решает проблемы за счет человека? Дыра в Пенсионном фонде? Урежем компенсации. Денег на пособия все равно не хватает? Отменим еще одно завоевание социализма и отодвинем срок выхода на пенсию. Женщинам придется потрудиться лишних восемь лет, мужчинам – пять. Правда, остается неясным вопрос о том, где работать. Пока, впрочем, очередная реформа пенсионной системы не принята, и есть надежда, что и аргументы противников будут услышаны.

Разговоры о необходимости повышения пенсионного возраста велись так долго, что к объявленной правительством реформе мы все в какой-то мере были готовы. Почему же очередной призыв подтянуть пояса не вызвал в обществе ни сочувствия, ни оптимизма? Реформа вроде бы и не радикальна – растянется на 15 лет, и посыл понятен – из-за демографической ямы обеспечить достойным пособием всех, перешагнувших порог третьего возраста, проблематично. В 90-е годы на одного пенсионера приходилось 3,7 работающих, а к 2019-му останется лишь 1,8.
Может быть, все дело в аргументах? Самый циничный из них – слишком долго доживаете. Средняя продолжительность жизни у нас действительно увеличилась. До 73 лет, но ведь мужчинам-то отпущено только 67,5. Им что, двух с половиной лет для наслаждения «дожитием» достаточно? Еще один не очень убедительный аргумент – 12 млн. человек, и достигнув пенсионного возраста, продолжают трудиться. Кто-нибудь анализировал, сколько среди них тех, кто действительно не может сидеть без дела, и сколько деятелей вынужденных, не научившихся выживать на пособие по старости?
Уже вышедшим на пенсию, чтобы привлечь их на свою сторону, реформаторы обещают прибавку. Вернее, сообщают, что новая система может это позволить. Но ведь демографическая ситуация может и не позволить. В прошлом году число умерших превысило число родившихся на 8%, а в некоторых регионах в 1,5–1,8 раза. Забайкальский край так вообще принесет Пенсионному фонду заметную экономию – там средняя продолжительность жизни всего 64 года.
В бытность Дмитрия Медведева Президентом был взят курс на омоложение. Начали с правительства, затем волна покатилась сначала по всем чиновничьим структурам, потом по образованию, медицине, культуре. Как поднимали зарплаты учителям и врачам? Сокращая кадры. Достигших пенсионного возраста либо увольняли совсем, либо переводили на полставки.
Сегодня работа есть в торговле (вакансий продавцов больше всего), строительстве (нужны прорабы, квалифицированные и чернорабочие), производстве (кладовщики, грузчики, менеджеры по продажам). Есть спрос на водителей со своим транспортом, курьеров, охранников, официантов. Эксперты, поддерживающие пенсионную реформу, корень зла видят в плохом образовании, которое не позволяет быстро переквалифицироваться или переобучиться. Но для того, чтобы стать чернорабочим, грузчиком или официантом, например, нужна лишь физическая сила, которой не обучишь.
В большинстве стран, убеждают нас, на пенсию выходят гораздо позже. Это так. Но ведь и живут гораздо дольше. В Японии, Сингапуре, Франции и Швеции, например, больше 80 лет. При этом к пенсионному возрасту они подходят не с тремя копейками в кармане, а с солидными накоплениями. Сколько бы нам ни рассказывали о высоких европейских налогах, даже после их выплат остается в разы больше, чем у нас. Да и размер пенсий с нашим просто даже как-то неудобно сравнивать. Меньше датской в десять раз, финской – в семь раз, немецкой и испанской – в пять раз. Моя знакомая, живущая в Испании, но почти там не работавшая, получает очень скромное по их меркам пособие – 800 евро. Но плюс к нему – полная медицинская страховка и целый букет льгот. Поэтому когда она жалуется, что ей приходится очень сильно экономить, отовариваясь в магазинах для бедных и даже принимая бесплатные продукты (волонтеры разносят их по домам), чтобы съездить на пару месяцев на родину в Гавану или на месяц к подруге в Италию, мне очень трудно ей сочувствовать.
PS. Да, мы пока выходим на пенсию раньше, но ведь и изнашиваемся из-за низкого качества жизни гораздо раньше. Конечно, если сравнивать себя с беднейшими странами Африки или Юго-Восточной Азии, жаловаться вроде бы не на что, но ведь мы же позиционируем себя как великую державу. А граждане великой все же должны и жить соответственно. Потерпеть – мы потерпим, но если экономика по-прежнему будет топтаться на месте, пенсии вообще придется отменить. 
Виктор МОКРУШИН,
кандидат юридических наук (г. Симферополь)